В двух десятках километров от столицы Западной Суматры славного города Паданга (Padang) скромно мокнет в теплых водах Индийского океана крохотный остров Сикуаи (Pulau Sikuai), которому суждено стать очередной целью нашего путешествия. Вдоволь наглотавшись дорожной пыли в дебрях Суматры, добрались мы, наконец, до тихого пляжного отдыха на малолюдном тропическом острове.

 Прогнозы синоптиков пророчили излишне свежую погоду, соленые синие волны наползали друг на друга с энтузиазмом совокупляющихся кроликов. Ветер срывал липкую пену и проникал даже сюда, в заполненную скучающими деревянными кораблями гавань Паданга. А где-то там, за горизонтом, ждали нас горячие пляжи Сикуаи и пучеглазые рыбы в коралловых джунглях.

 Дорога из школы домой. Пожалуй, ради такой дороги стоило родиться на Суматре. Вереницы одетых в форму школьников гребут через бухту, иногда весла в руках взрослых, а порой такой вот юный гребец сам себе Дед Мазай.

  Школьников сменяют процессии возвращающихся с базара горожан. Сокращая путь, важно восседают в лодках тетки с авоськами, ощетинившись пучками зелени и хвостами свежевыловленной рыбы.

  Наконец, что-то пробурчав охапкой подвесных моторов, наша лодка отважно врезается в двухметровую океанскую волну. Мокрые, как две весенние жабы, сидим мы, вцепившись в борта деревянного дредноута, надеясь, что до обещанного тропического рая нас доставят без предварительного утопления.

  На острове фактически нет местных жителей, только отель и его немногочисленная обслуга. Главной достопримечательностью Сикуаи является наиполнейшее отсутствие туристов. Гостиничные домики стоят совершенно пустые, порядок на территории поддерживается, хотя, некоторые лужайки уже засажены помидорами и прочей, позволяющей прокормить бездельничающий персонал, сельхозкультурой.

  Никто не потревожит ваш покой на бесконечных песчаных отмелях, ничье купающееся тело не испортит водную гладь на сочном пейзаже. Лишь блудливые крабы оставляют свои прерывистые следы на дорожках.

  В центрайном сарайчике отеля стряпают еду. Во времена наплыва постояльцев, вероятно, тут даже есть шведский стол, сейчас же можно попытаться заказать что-нибудь из куцего, как хвост хомяка, меню. Готовят индонезийцы совершенно незабываемо, умудряясь из любого съедобного продукта соорудить смесь отходов резиновой фабрики с перцовым концентратом. Туристам, последующим по нашим стопам, настоятельно рекомендую запастись в Паданге фруктами и прочей пищей. На острове нет ни деревни, ни магазинов.

  Цветами, мигрирующими по сияющему на солнце песку, сыт не будешь. А, учитывая активную потерю калорий в долгом водном батонстве, костлявая рука голода заставляла срочно найти дополнительный источник пищи. Позорить моральный облик российских путешественников и лезть на пальму средь бела дня мы не решились. Ночью прислушивались к завыванию ветра за тонкими стенами. Бум! Бум! Ура! Оставляя глубокие вмятины в песке, с верхушек падают созревшие кокосы. Под покровом темноты тащим их в свое бомжевище. Швейцарская сталь складного ножа агрессивно вгрызается в твердую броню ореха. Вот мы уже пьем сладкое молоко, заедая белой питательной массой. И так несколько ночей подряд... Теперь я очень долго не смогу есть какие-либо орехи.

  Но все кулинарные мелочи меркнут в сравнении с великолепием морского дна на Сикуаи. Прямо от жилых хижин, через узкую полоску пляжа начинаются обширные коралловые лабиринты. На глубине полуметра, буйство красок, великое многообразие организмов, рыбы и крабы, черепахи и каракатицы... Я бесконечно виноват перед глубокочтимыми читателями, что не занимаюсь подводной съемкой, и не смогу показать даже бледной тени того подводного мира, что доступен взору на этом чудном острове.