Машины неслись по замшелому автомобильному мосту с грохотом атакующей танковой колонны. Какие-то несуразные грузовики, похожие на трехколесные самоходные швейные машинки, смердящие сизым маслянистым дымом трескучие мотоциклы. Голова кружилась от жары, запаха бензина, испарений тухлой воды из бурых луж вдоль обочин. Дорога, как и большинство дорог в этом городе, не имела тротуаров. Сплошной поток транспорта грозил смести двух нелепого вида пешеходов, испуганно пробирающихся сквозь нутро суматранского мегаполиса. "Хеллоу, мистер!", измученно улыбаясь отнекиваюсь: "Сам ты хуйло...". Очередной ржавый автобус тормозит посреди моста, пассажиры с упоением здороваются, разглядывая парочку белых туристов, как делегацию зеленых человечков с Альфы Центавра. "Хеллоу!", чуть не вылетев с моста, кричит какой-то замотанный в грязный шарф байкер. Балансируя между глубокой канавой и тарахтящими машинами, добегаем до ближайшего ряда домов, где за нами увязывается визжащая от восторга стайка щекастых детишек. Да, недостаток внимания в ближайшее время нам не грозит. Ну так здравствуй, Суматра!

  Медан - столица Северной Суматры, точнее административный центр этой индонезийской провинции. Многомиллионный, удушливый, грязный и крайне не рекомендуемый для туристов город. Очаровывающий по-индонезийски небрежной архитектурой, пестрыми фасадами разнокалиберных домишек, и протяжным завыванием призывающих на молитву муэдзинов.

Когда-то давно город был основан батаками - одним из многочисленных племен Северной Суматры. Любители антропологии могут отличить батаков от всех прочих местных народностей по круглому подбородку. Я же, из главных отличий, отметил способность батакской кулинарии произвести хоть что-то съедобное в этом бесконечном царстве испорченных продуктов. Впрочем, особенности индонезийской кухни стоит рассмотреть отдельно.

  Список официальных достопримечательностей Медана довольно краток: дворец султана (судя по дворцу, султан был большим аскетом), протестантская церковь, китайский храм, краеведческий музей, почта, башня, да Великая мечеть Масджид Райа (она и представлена на фото). Не бойтесь, у меня хватит запасов человеколюбия, чтобы не утомлять взор досточтимых читателей видами унылых музеев.

  Гуру Патимпус (Guru Patimpus), основавший Медан в 1590 году. Потом город завоевали голландцы, засадили окрестности табаком и прочей дурью, что необычайно оживило местную экономику и накрыло меданцев волной всеобщего счастья.

 Высоких зданий мало, крыши традиционных азиатских муравейников ощетинились ажурными антеннами. Однообразную серость бетона оживляют ржавые вывески, да охапки трепыхающегося на веревках белья.

  Несмотря на удушливый загазованный воздух, в Медане практически нет привычной нам уличной пыли. Одежда и автомобили остаются чистыми, если конечно вам посчастливилось не рухнуть в очередную канаву с нечистотами, увлекшись изучением местного быта.

Лабиринт домишек с магазинами тянется бесконечно, внешне симпатичен, но малопригоден для праздных прогулок.

  Наиболее примечательное местное транспортное средство - мотоцикл с коляской. Забегая вперед, отмечу, что практически каждый город на Суматре имеет свои, весьма оригинальные варианты пассажирского транспорта. От апокалиптического вида автобусов, до различных безумных рикш и просто извозчиков с флегматичными конягами.